Почему роковыми женщинами не становятся, а рождаются - Свадебный портал
74nika.ru

Свадебный портал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Почему роковыми женщинами не становятся, а рождаются

Почему роковыми женщинами не становятся, а рождаются

Она села за соседний столик. Красная юбка в тон губ, за которыми спряталась белоснежная улыбка. Блузка с аккуратным вырезом, дающим место фантазии. Уложенные волосы, дорогие часы и взгляд женщины, которая знает, чего хочет в этой жизни. Прям героиня классического детективного романа 50х с сигаретой в мундштуке и коварным планом расквитаться с бывшим мужем, Скарлетт О’Хара нашего времени. На ум невольно пришло «роковая».

Мое же отражение в зеркале говорило явно об обратном. Джинсы в дырках, конвера, волосы стянутые в пучок. Сижу в сотый раз перечитываю «12 стульев» в единственный свободный день от работы и совсем не жду ничего интересного. На минуту захотелось быть вот такой же фатальной, как женщина за соседним столиком. Кататься на яхте с бокалом вина, получать дорогие подарки, а взамен разбивать сердца и знать, что не одно из них меня не забудет.

Этакая женщина-паук, медленно затягивающая жертву в сети

А знаем ли мы, кто же все-таки они, эти роковые женщины, и как нам, обычным самаритянкам, ими стать? Интернет пестрит характеристиками роковой красотки. И в основном все они сводятся к тому, что это та, кто точно знает, что нужно мужчине и умеет этим пользоваться. Этакая женщина-паук, которая медленно затягивает выбранную жертву в свои сети. Разлучница, которая заставляет приглянувшегося ей кавалера свернуться калачиком у ее ног, чтоб она могла его переступить и не обернуться. А бедняга так и будет всю жизнь вспоминать и сожалеть. Рок, вот кто они такие.

Оказывается, история нам преподносит немало примеров фатальных дам, которые рушили не только судьбы мужчин, но и целых стран. Взять к примеру Елену Прекрасную, которая своей красотой не просто сводила мужчин с ума, она стала причиной грандиозной войны. Клеопатру, по велению которой распалась могучая Римская империя. Мата Хари, женщину знавшую секреты десятков стран.

Литература и кино пестрят не менее ярким образами роковых красоток: булгаковская Маргарита, Наташа Ростова, маркиза де Помпадур, Марлен Дитрих и Грета Гарбо с сигаретой в красных губах. Да вспомнить хотя бы Шерон Стоун и ее ножки в «Основном инстинкте», мне кажется, я б тоже сошла с ума.

Ну а что же тянет сильную половину человечества к их ногам? Красота? Необязательно. Скорее умение себя преподнести и уверенность, что недостатки могут нравиться так же, как и пухлые губки или стройные ножки. Высокие каблуки, строгое платье с соблазнительным вырезом на спине, само собой красная помада, и копна шикарных волос – и любая становится уверенной в себе львицей.

Роковая женщина в совершенстве овладела искусством флирта, при этом зная, где надо остановиться. Она в меру откровенна, чувствительна и строга. Она щелкает мужчин, как орешки, точно угадывая, что ему нужно в этот момент: слушать, быть услышанным или ласка. И уж точно добьет любого, кто не до конца поддался ее чарам, своим пикантным чувством юмора и образованностью. Да, девочки, да, мужчины очень ценят ум в своей женщине. И неважно, на одну ночь она с ним, или на всю жизнь.

Но самое главное, без чего ни одна красотка не станет роковой – это сексуальность. Естественная и разрушительная. Каждое ее движение, каждый ее вздох как будто спрашивает «Ты меня хочешь?». И, черт побери, да. Ее хотят все.

Но счастливы ли они, эти фатальные женщины? Ведь можно всю жизнь играть мужчинами и так и не найти своего. Разрушительная сила, бурлящая энергия их естества, просто наверняка не дает им прибиться к тихой гавани и жить спокойно и размеренно. Создавать семью, воспитывать детей – это единственное, что им не под силу. Они проживают десятки жизней за одну, переплетают в своей тысячи судеб, но так и не перестают играть. Ведь если бы не эта игра, жизнь была бы такой скучной. И знаете, девушка за соседним столиком вдруг показалось мне ужасно одинокой.

Спустя двадцать минут размышлений и три чашки кофе я твердо поняла: нет, я не хочу быть роковой. Да и вряд ли у меня бы вышло. Все-таки la femme fatale не становятся, ими рождаются. И разве стоят десятки побед той одной, что случится однажды и продлится всю жизнь?

Слабости сильного пола

34 года — роковой возраст

И что интересно — рождается в России больше мальчиков, чем девочек. В возрасте до четырех лет на одну тысячу мальчиков приходится 947 девочек. По словам главного научного сотрудника Института социально-политических исследований РАН Леонида Рыбаковского, это обычная история — мальчиков всегда во всех странах рождается больше: «Если посмотреть статистику зачатий, то окажется, что на сто девочек зачинается до 125 мальчиков. Но мальчики чаще становятся жертвами выкидышей. А те, что рождаются, больше подвержены болезням, а в более взрослом возрасте — вредным привычкам и влиянию других опасных факторов».

В возрасте 5-9 лет девочек становится 953 на тысячу мальчиков и до 19 лет соотношение не меняется. А вот дальше число мальчиков начинает стремительно снижаться. Возраст 30-34 года можно назвать экватором — количество мужчин и женщин в нашей стране выравнивается.

А дальше соотношение идет не в пользу барышень. К 65 годам их становится вдвое больше, чем мужчин (2110 на тысячу мужчин), а к 80 годам — втрое больше — 3164.

Норильск — территория мужчин

Больше всего одиноких женщин живет в крупных городах. Например, в Нижнем Новгороде представительниц прекрасного пола на 27 процентов больше, чем сильного (1273 женщины на тысячу мужчин), Почти такая же ситуация в Перми (1263 женщины на тысячу мужчин), в Самаре (1244 на тысячу). В Санкт-Петербурге и Москве ситуация немногим лучше (1204 и 1167 на тысячу соответственно).

Если смотреть в разрезе федеральных округов, то самая гармоничная ситуация складывается на Дальнем Востоке — на 1000 мужчин приходится 1081 женщина. Хуже всего с мужиками в Центральном федеральном округе — 1180 представительниц прекрасного пола на тысячу представителей сильного.

Впрочем, есть в России заветные места, где мужчин живет больше, чем женщин и куда, видимо, стоит ехать за женихами. Это Чукотский и Ямало-Ненецкий автономные округа (на 1000 мужчин приходилось 961 и 995 женщин соответственно). Можно назвать и конкретные города, где мужчинам явно не хватает женской ласки. Это Норильск (Красноярский край) и Новый Уренгой (ЯНАО), где на тысячу мужчин приходилось 987 и 922 женщины соответственно.

Не пейте залпом, мужики!

Такое неблагоприятное соотношение сложилось из-за сохраняющегося высокого уровня преждевременной смертности мужчин, отмечают в Росстате.

Это подтверждает и директор Института демографии НИУ «Высшая школа экономики», профессор Анатолий Вишневский. Одна из бед России, говорит он, очень высокая смертность от внешних причин: убийств, самоубийств, дорожно-транспортных происшествий, утоплений, отравлений, в том числе алкоголем.

Эксперт приводит пример: в 15 западноевропейских странах (члены Евросоюза до его расширения в 2014 году) в 1970 году от этой группы причин умирало 97 на каждые 100 тысяч мужчин. К 2011 году коэффициент сократился до 44 на 100 тысяч — больше чем вдвое. В России соответствующие показатели: в 1970 году — 239, в 2011-м — 217 на 100 тысяч. Сокращение 10 процентов.

И здесь несколько причин. «Одна из них — особая структура потребления алкоголя — у нас очень высока доля крепких напитков, которые к тому же часто потребляют залповыми дозами. Вы можете за вечер выпить бутылку вина, и ничего с вами не станет. А если вы сразу «хлопнули» стакан водки, а то и больше, то у вас сердечная мышца может не выдержать», — говорит Анатолий Вишневский. Когда-то в Финляндии был такой же тип потребления алкоголя, как у нас.

Но они с проблемой справились. И в Польше — тоже. Там структура потребления поменялась. С водки перешли на пиво. А от пива так не умирают. Нельзя сказать, что вся Европа трезвая. Во Франции есть проблема алкоголизма. Но и смертность там одна из самых низких в Европе.

В кулаках жизни нет

Еще один российский фактор, исторически сложившийся — невысокая цена жизни — ни своей, ни чужой. «Мы чуть что — сразу начинаем демонстрировать свои мускулы», — говорит Вишневский.

Традиционно мужчины выполняют самую тяжелую и опасную работу, которая забирает их здоровье и жизни, это еще одна причина высокой смертности молодых мужчин в России и большой разницы в продолжительности жизни мужчин и женщин (66 и 76 лет соответственно), добавляет Леонид Рыбаковский.

Тупиковая ветвь

Дефицит мужчин влияет на разные сферы жизни. На семейные отношения, на рынок труда.

Когда молодых женщин гораздо больше, чем мужчин, это влияет в первую очередь на «брачный рынок» и семейные отношения, поясняет доцент департамента социологии НИУ «Высшая школа экономики» Елена Мезенцева. «У мужчин сейчас нет мотивации связывать себя брачными узами. Многие из них стремятся жить в незарегистрированных браках, чтобы сохранять свободу, — поясняет эксперт. — Они знают — если что-то не так, всегда можно уйти. И не остаться после этого одиноким». И добавляет: у мужчин сейчас богаче выбор при поиске второй половинки, ведь одиноких женщин в России гораздо больше.

Читать еще:  Как правильно носить джинсы

На рынке труда недостаток мужчин выливается в то, что женщины постепенно начинают занимать традиционные мужские ниши. С одной стороны, в нашей стране сильно развита «маркировка» — эта работа только женская, а эта — чисто мужская. «Она — в головах. Поэтому преодоление барьеров идет довольно медленно. Но в последние годы процесс ускорился», — считает Мезенцева.

Например, женщины стали чаще попадать на руководящие должности. Правда, тут положительный пример нам показали западные компании, в которых установлены правила «недискриминации». «В представительствах зарубежных компаний, открытых в России, на руководящих должностях первого и второго уровня, среди топ-менеджмента вы увидите много женщин. В совместных российско-западных — меньше. В чисто российских — минимум. Но процесс идет», — говорит она.

Кроме того, женщины стали «просачиваться» в такие традиционно мужские сферы, как армия и прочие силовые структуры. И если раньше они там работали преимущественно на «женской работе» — поварами, уборщицами, то сейчас стали служить почти наравне с мужчинами и занимать должности, ранее доступные только сильной половине.

Некоторое время назад началась тенденция, когда женщины стали занимать места мужчин и на тяжелой физической работе.

Вся надежда на мигрантов?

Сейчас тенденция «женщины мужских профессий» почти переломлена — с таких мест их выдавливают мигранты. Именно они в настоящий момент восполняют недостаток российских мужчин. И на работе. И в семьях, кстати, тоже.

«Давно ли вы видели женщин-асфальтоукладчиц? Мужская работа, которую одно время пришлось брать на себя женщинам. Теперь она отдана на откуп приезжим мужчинам», — приводит пример Мезенцева. И ссылается на статистику — до кризиса в Россию приезжало в год более 12 миллионов иностранцев, большинство из которых работали тут. «По сути, они компенсировали дефицит мужчин», — сказала она. Тем более что не секрет — большинство трудовых мигрантов — молодые мужчины. И многие из них заводят тут вторые семьи. «Как правило, приезжают парни уже ­женатые, с ребенком. Но тут они начинают жить семейной жизнью с россиянками, и в этих, пусть незарегистрированных, семьях тоже рождаются дети», — рассказывает Елена Мезенцева. Одни после этого разводятся с первой женой, другие живут на две семьи.

Правда, в последнее время среди мигрантов растет число женщин. Зная о такой тенденции, они стремятся приехать на заработки вместе с мужем, чтобы не потерять его.

Главный научный сотрудник Института социально-политических исследований РАН предлагает свой рецепт спасения мужчин.

Повышение качества систем охраны труда.

Решение «алкогольной» проблемы, в частности, более жесткий контроль за качеством алкоголя и переориентация населения на более легкие напитки.

Развитие массового спорта.

Банально? Но реализация этих простых, на первый взгляд, советов позволит существенно продлить жизнь представителям сильной половины человечества, соглашаются с Рыбаковским другие эксперты. И это надо делать не только из гуманистических соображений. Как видим, слабость сильного пола зашла слишком далеко.

Ева Грин в «Городе грехов» и другие роковые женщины кино

Автор фото, The Weinstein Co Dimension Films

Французская актриса соблазняет мужчин – а затем губит их – в новой экранизации графических романов в стиле нуар. Корреспондент BBC Culture рассказывает о современном воплощении наиболее сексуального голливудского архетипа.

Мужчины, берегитесь! В фильме «Город грехов 2: Женщина, ради которой стоит убивать» Ева Грин коварна, смертельно опасна и соблазнительна настолько, что способна обратить льды Антарктиды в пар. У ее персонажа есть имя – Ава Лорд, но ее вполне могли бы звать и просто Роковая Женщина. Ава Лорд продолжила славную кинематографическую традицию порочных героинь, которые обольщают зрителя так же легко, как и своих слабовольных жертв.

Привлекательность этого архетипа легко объяснить: кто откажется полюбоваться на то, как Ева Грин вьет веревки из Джоша Бролина? Однако задача роковой женщины – не только поманить аудиторию сладостью запретного плода.

Кэтрин О’Роу из Бристольского университета, редактор академического исследования на эту тему под названием «Роковая женщина: образы, истории, контексты», считает, что вымышленные соблазнительницы являются проекцией смешанных чувств, которые испытывает общество в отношении независимых женщин.

«Образ женщины-искусительницы появился одновременно с первой женщиной на Земле — Евой, — говорит О’Роу. — Однако нынешнее понятие роковой женщины относится к концу XIX века. Так называли знаменитых персонажей Серебряного века – например, Саломею (библейскую царицу, ставшую главной героиней пьесы Оскара Уайльда и оперы Рихарда Штрауса) и вампирш из книг Брэма Стокера. Поразительно, что подобные героини стали актуальными по мере нарастания тревоги в обществе, связанной с участием эмансипированных женщин в публичной жизни».

Аналогичное беспокойство публика испытывала и в период наибольшей популярности роковых женщин на большом экране. В кино всегда было место порочной красавице: так, в 1915 году первая голливудская женщина-вамп Теда Бара снялась в картине «Жил-был дурак», где ее героиня обольщает и губит уважаемого адвоката с Уолл-стрит.

Но лишь в 1940-е годы появились классические образцы фильма-нуар – «Джильда», «Убийцы», «Убийство, моя милая» и «Двойная страховка». Персонажи, сыгранные Ритой Хейворт, Авой Гарднер и Барбарой Стэнвик, стали эталонными воплощениями роковой женщины кинематографа – опасной и притягательной. Женщина-вамп в этих фильмах – руководствуясь то злым умыслом, то связью с мужчиной-злодеем – пользуется своей гипнотической чувственностью для достижения различных целей, в том числе для убийства.

Хотя подобные героини были плодом фантазии сценаристов, они олицетворяли актуальные для общества проблемы, полагает Эллен Райт, специалист по жанру «фильм-нуар» из Университета Восточной Англии.

Одна дома

«Во время Второй мировой войны, — говорит Эллен Райт, — множеству американских женщин пришлось выйти на работу, причем даже в тех сферах, которые раньше считались исключительно мужской прерогативой. Женщин отправляли в регионы, где возникала необходимость в труде на благо нации. При этом зачастую они могли рассчитывать на большие зарплаты, чем работницы минувших лет. Становится понятно, почему многие из них хотели наслаждаться свободным временем, а не сидеть дома – как было принято до войны. В результате женские досуг и сексуальность приобрели особую злободневность в Америке того времени: чем же занимались женщины, пока мужчин не было дома? Сколько среди них любительниц поразвлечься (с возможными последствиями в виде болезней), сколько неухоженных мамаш? В условиях всеобщей паранойи, как часто бывает в военное время, неудивительно, что образ роковой женщины приобрел такую популярность в кино».

Автор фото, Getty

На презентации «Города греха» Ева Грин выглядела немного доступнее. Чуть-чуть.

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Подкаст

Какие именно выводы должны были сделать кинозрители 1940-х годов, наблюдая за роковой киногероиней – вопрос, изучением которого занимался профессор Марк Янкович, соавтор книги «Определяя культовое кино». «Существует феминистская точка зрения, согласно которой образ роковой женщины был попыткой демонизировать независимую работницу военных лет, — говорит профессор Янкович. — Его считали частью пропаганды, нацеленной на вытеснение женщин из традиционно мужских сфер занятости обратно в домохозяйки. Но я придерживаюсь ровно противоположной точки зрения. На самом деле в этих фильмах демонизируются женщины, которые не пошли работать во время войны. Роковая женщина – отнюдь не бойкая современная девчонка, которая трудится на заводе. Это ленивая никчемная домоседка, не готовая взять на себя какую бы то ни было общественно полезную функцию, слоняющаяся по купленному мужем дому в нижнем белье и живущая на деньги мужа».

Какой бы тип женщины ни демонизировался подобными шовинистическими пародиями, ирония заключается в том, что роковых женщин обожали, а вовсе не ненавидели – причем не только поддавшиеся их чарам мужчины-зрители.

«Мне как кинозрителю и женщине, — объясняет Эллен Райт, — подобная героиня кажется сильным, волевым персонажем, который не только играет ключевую роль в развитии сюжета, наслаждается собственной сексуальностью и выглядит сногсшибательно, но и понимает, как работает система – и наотрез отказывается принимать предписанное ей место. Вне зависимости от того, будет ли она наказана за собственные поступки (по правде говоря, наказание неизбежно), я все равно считаю, что ее образ стал для многих людей колоссальным источником вдохновения и энергии».

Оттенки серого

К началу 1950-х годов, когда в Америке улеглась тревожность военного времени, со сцены сошла и роковая женщина – хотя окончательное исчезновение ей не грозило. В 1966 году в ее честь была названа песня группы Velvet Underground, удостоившаяся многочисленных кавер-версий. В этой песне есть, например, такие строки: «Малыш, она с улицы / Ты проиграл, не успев начать. «

Феномен роковой женщины компенсирует минусы феминизма

Образ роковой женщины становится все более популярным в массовой культуре. Это происходит на фоне поиска женщинами своей идентичности, когда отыграны все предложенные феминизмом роли. Вместе с тем, роковая женщина – не до конца разгаданный и малоизученный наукой феномен. По сути, это уникальное явление, которое связано со способностью женщины через собственный нарциссизм раскрывать индивидуальность другого человека. К такому выводу в ходе исследовательского анализа пришла доцент кафедры прикладной политологии НИУ ВШЭ (Санкт-Петербург) Ирина Сохань.

Читать еще:  Конкурсы в инстаграм идеи

Образ роковой женщины становится все более популярным в массовой культуре. Это происходит на фоне поиска женщинами своей идентичности, когда отыграны все предложенные феминизмом роли. Вместе с тем, роковая женщина – не до конца разгаданный и малоизученный наукой феномен. По сути, это уникальное явление, которое связано со способностью женщины через собственный нарциссизм раскрывать индивидуальность другого человека. К такому выводу в ходе исследовательского анализа пришла доцент кафедры прикладной политологии НИУ ВШЭ (Санкт-Петербург) Ирина Сохань.

На тему роковой женщины можно найти массу материалов в интернете. Но ни один из них не дает представления о том, в чем заключается суть феномена. Известно, что роковые женщины в истории буквально играли судьбой влюбленных в них мужчин, что оправдывает само определение «Femme Fatale», то есть роковой женщины.

Среди ярких примеров, которые анализирует в своей работе Ирина Сохань , подруга Владимира Маяковского Лиля Брик и возлюбленная Фридриха Ницше Лу Саломе. Эмпирическую основу исследования составил анализ тридцати исторических персонажей – женщин, характер и практики репрезентации которых позволяют сделать вывод об их нахождении в регистре Femme Fatale .

За роковой женщиной часто тянется шлейф самоубийств, но и она же вдохновляет гениев великие свершения. Так образ возлюбленной Ницше Лу Саломе лег в основу, созданной Фрейдом теории нарциссизма.

Именно в ключе нарциссизма следует рассматривать Femme Fatale , считает Ирина Сохань. Однако нарциссизм роковой женщины – это не некая патология, а внутренняя суть, направленная на раскрытие и отражение индивидуальности другого человека.

«Сегодня, в постфеминизме, возникает особый интерес к Femme Fatale , и одновременно появляются различные исследования, направленные на реабилитацию традиционной модели феминности, на отклонения от которой лепится ярлык патологии», – говорит исследователь. В обществе существует запрос на поиск и обнаружение такого типа женщины, который мог бы быть ролевой моделью для женщин в целом, олицетворяя уникальность феминности в каждом конкретном случае и вне зависимости от социальных и культурных обстоятельств. «Этот тип тяготеет к Femme Fatale , исследование которой и возможно в рамках постфеминизма, с использованием исторического, культурологического, социологического и психоаналитического подходов», – пояснила исследователь.

Отзеркалила и пошла дальше

Роковая женщина не обязательно должна быть красавицей. Ее ведущая сила не в убивающей наповал сексуальности, хотя она и является непременным атрибутом Femme Fatale . Например, Мэрлин Монро роковой женщиной не была. Она обладала даром магической сексуальности, но в то же время была уязвимой и зависимой, что не присуще Femme Fatale , отметила исследователь.

Главный признак роковой женщины – наличие изрядной доли нарциссизма. «Едва ли не все современники отмечали маниакальную сосредоточенность Femme Fatale на себе», – говорит Сохань. Один из ярких примеров – женщина-загадка ХХ века Лу Саломе – психотерапевт и писатель, превратившая собственные внутренние процессы в объект, в том числе, профессионального самонаблюдения. Считается, что именно общение с Саломе вдохновило Ницше на создание одного из его самых известных произведений «Так говорил Заратустра». И именно знакомство с Саломе побудило Фрейда на создание знаменитой теории нарциссизма. Однако для Лу Саломе, которая была ученицей Фрейда, образ Нарцисса нес собственную, отличную от фрейдовской символику. Это, в первую очередь, состояние любви к себе и через нее – к окружающему миру. Согласно Саломе, для женщины любовь – это реализация самой себя, а другой лишь зеркалит ее избыточность и способность к наслаждению, рассказала Сохань.

Ключевой для роковых женщин является именно способность к реализации даже в жестких патриархальных условиях. «И если для ярких, талантливых женщин патриархальные установки стали причиной их трагической судьбы, то для роковых – лишь декорацией», – рассказала исследователь, отметив, что Femme Fatale при этом по сути своей не имеет никакого отношения к феминизму. Феминизм отстаивает права всех женщин, а роковая женщина только свою индивидуальность и собственный уникальный путь.

Путь роковой женщины – это, в первую очередь, поиск самой себя в Другом. Но другой всегда слишком мал для нее, он может ей соответствовать только как представитель чего-то более грандиозного, например, художественного дара. «В результате для Femme Fatale может быть “и целого мира мало”. Она разочаровывается в Другом и идет дальше. Но если только в этом Другом действительно есть нечто, превосходящее простое человеческое, то может получиться союз вроде союза Сальвадора Дали и его Галы», – говорит исследователь.

При этом роковой женщине присуще ощущение собственной целостности и отсутствие чувства вины и стыда. Яркий пример тому – подруга Владимира Маяковского Лиля Брик, которая в условиях тоталитарной власти, подавлявшей всякое проявление сексуальности, имела собственную абсолютную власть над людьми. «Сексуальность Брик была антагонистична традиционной модели женской сексуальности: это была сексуальность без вины», – говорит Сохань. То же самое касается Лу Саломе, которая до тридцати с лишним лет упорно хранила девственность, но потом, заключив платонический брак, ничем не ограничивала себя в свободных отношениях. Однако Femme Fatale не зациклена на реализации своей сексуальности. В других ее привлекает, в первую очередь, творческое начало, то, что находится за пределами обыденного, человеческого. «Ее сексуальность – от собственной нарциссической избыточности, поэтому она воспринимается такой свободной и привлекательной практически смертельно», – говорит исследователь.

Дар психоаналитика или главный талант

Роковая женщина может быть талантливой и успешно реализовывать себя в разных сферах. Так Саломе прославилась как психоаналитик и написала несколько книг, в том числе «Эротику», получившую в свое время статус бестселлера. Но ее книги были бы давно забыты, если бы не роковая роль в жизни Ницше, роман с Рильке и т.п. Главный талант настоящей Femme Fatale, по мнению исследователя, заключается в способности обнаруживать и раскрывать дар другого. И этим даром Саломе владела виртуозно, проявив его, в том числе, в психоаналитической работе. «Работа в качестве психоаналитика – это функция извлечения истинного “Я” пациента из той ложной оболочки, в которой он к ней пришел. Это очень аутентично для роковой женщины», – замечает Сохань. Саломе была единственной из учеников Фрейда, кому он разрешил практиковать без прохождения всех ступеней обучения.

«Лиля Брик почти профессионально занималась балетом, снялась в кино, и, наверное, из нее неплохая актриса могла бы получиться, – продолжает исследователь. – Но все дарования Femme Fatale скромны относительно главного – нарциссического обольщения людей, в процессе которого обольщаемый обнаруживает в себе нечто новое, то есть реализуется скрытая проективность. И это и есть чудо роковых женщин». Биографы Брик отмечают, что она обладала уникальным чутьем на поэтический дар в человеке.

« Femme Fatale при этом может быть травматичной для другого, потому что ее нарциссизм воспринимается как вызов человеку, который в силу специфики своего антропоморфного бытия испытывает разлом между собой как наличием и собой как возможностью», – говорит Сохань. Отсюда самоубийства, которые обязательно присутствуют в историях, связанных с роковыми женщинами.

Конфликт современной феминности

Поскольку в классическом варианте Femme Fatale не озабочена собственными творческими задачами, это делает ее вписываемой в контекст традиционной культуры, которая отчуждает у женщин все их творческие способности в пользу мужчин. Роль Femme Fatale – это роль музы-вдохновительницы. Яркий пример воплощения этой роли в истории – жена Сальвадора Дали – Гала Дали. По мнению исследователя, она наиболее аутентично реализовала классический для этого типа сценарий отношений музы и вдохновленного ею гения.

Из современных женщин, по мнению Сохань, роковой можно назвать Карлу Бруни, которая также более всего известна чередой романов с творческими и влиятельными мужчинами. «И роковой не назовешь, к примеру, ту же Элизабет Тейлор, которая, несмотря на многочисленные браки и романы, была ярчайшей личностью, что высвечивается во всех ее ролях. Великая актриса, но не Femme Fatale », – считает исследователь.

В то же время Femme Fatale представляет собой абсолют феминных сил, которые вытесняет традиционная культура. Эти силы заключаются в способности женского к мощной индивидуализации не только себя, но и, прежде всего, Другого.

Всплеск интереса к феномену Femme Fatale в современной культуре, по мнению исследователя, отражает то, что женщины исчерпали предложенные феминизмом ролевые модели и ищут нечто, выражающее смысл женской судьбы в ситуации отрицания любого социально-политического и культурного давления. А это именно роковая женщина, поскольку ее образ, с одной стороны, архетипичен, а с другой, находится на противоположном полюсе от патриархального жертвенного образа женщины – матери-хозяйки, растворившейся в тотальной заботе о других.

«Одним из маркеров поиска женщинами особого пути реализации своей идентичности сегодня является появление и спрос на них всевозможных женских семинаров-тренингов, которые начинались как курсы стервологии, а затем модифицировались в многоликое разнообразие – от курсов Афродиты до уроков сексуального мастерства», – комментирует Сохань.

При этом практики современного общества демонстрируют рост нарциссизма.

«Современная культура имеет визуальный акцент, и включает подспудное соревнование – кто дольше и больше сфокусирует на себе взглядов и внимания других. Привлекает именно нарциссичность, то есть не тот, кто тебя разглядывает, а тот, кто поглощен собой. Последний культурный тренд – селфи, по сути, практика фиксации демонстративного любования собой», – говорит Сохань. В соцсетях, по мнению исследователя, в наиболее незамутненном и неотрефлексированном виде господствующие массовые стратегии выражают девочки-подростки. «Их фото отличает чрезмерная обнаженность и максимально отведенный от потенциального зрителя взгляд. То есть мало что понимая, юные фемины интуитивно моделируют нарциссизм и присущий ему соблазн, подозревая, что это самый эффективный способ влияния», – рассказывает Сохань.

Читать еще:  В чем загадка истинной женщины: 3 составляющие

Однако в реальной жизни, по мнению исследователя, современной женщине не хватает подлинного нарциссизма, то есть настоящей сосредоточенности на собственной женственности. «А различные практики современного массового общества породили, скорее, феномен имитационного нарциссизма», – считает исследователь.

Стратегии Femme Fatale одинаковы при всей уникальности

Femme Fatale не соотносима ни с одним типом женщин, которые появлялись как преодоление традиционных гендерных ролей. Это всегда единичные случаи разрыва патриархальной культуры на фоне остального большинства. Парадокс в том, что сегодня подобная уникальность становится востребованной на массовом уровне.

Однако вряд ли роковая женщина может быть ролевой моделью для массовой женской аудитории. «Ее надо изучать именно в качестве абсолюта феминности, но рекомендовать в качестве ролевой модели все равно, что рекомендовать ницшеанского сверхчеловека в качестве ролевой модели для человека», – считает Сохань.

Тем не менее, несмотря на уникальность стратегии поведения и реализации себя в жизни, Femme Fatale одинаковы, а потому феномен доступен для исследований и нуждается в них – в силу серьезной трансформации социального поведения и запросов общества. «Нарциссическое ядро Femme Fatale ставит вопрос о регистрации нарциссических черт как в индивидуальной, так и в коллективной моделях идентичности современной женщины, что обусловливает характер запроса на “практики роковой женщины” и позволяет делать прогностические выводы о траекториях развития феминности в современном обществе», – говорит исследователь.

Симона де Бовуар: цитаты

Стаття публікується мовою оригіналу

Вдогонку к дню рождения французской писательницы, философа, идеолога феминистского движения Симоны де Бовуар, мы публикуем знаковые цитаты из ее произведений, и прежде всего, из главной книги Симоны — «Второй пол».

  1. Женщиной не рождаются, ею становятся. Ни биология, ни психика, ни экономика не способны предопределить тот облик, который принимает в обществе самка человека. («Второй пол», 1949)
  2. Худшее проклятие, тяготеющее над женщиной, — это ее неучастие в военных походах; человек возвышается над животным не тем, что дает жизнь, а тем, что рискует жизнью; поэтому человечество отдает предпочтение не рождающему полу, а полу убивающему. («Второй пол», 1949)
  3. Раз люди кончают самоубийством…значит, существует нечто похуже чем смерть. Поэтому-то и пробирает до костей, когда читаешь о самоубийстве: страшен не тощий труп, болтающийся на оконной решетке, а то, что происходило в сердце за мгновение до этого. («Прелестные картинки», 1966)
  4. В своих книгах Гита охотно провозглашала более низкий уровень своего пола; она отрешалась от него, мнилось ей, мужественностью своего таланта и даже превосходила мужчин, ибо, наделенная теми же качествами, что и они, обладала, кроме того, особой, очаровательной заслугой быть женщиной. Подобное лукавство раздражало меня. («Мандарины», 1954)
  5. Прежде всего идею обладания никак нельзя воплотить позитивно; на самом деле никто никогда ничего и никого не имел; а потому люди стараются осуществить ее негативно; самый верный способ настоять на том, что некое имущество принадлежит мне, — это помешать другим пользоваться им. («Второй пол», 1949)
  6. В тот день, когда женщина сможет любить благодаря своей силе, а не благодаря слабости, когда она будет любить не для того, чтобы бежать от себя, а для того, чтобы себя найти, не для того, чтобы отречься от себя, а для того, чтобы себя утвердить, — в тот день любовь станет для нее, как и для мужчины, не смертельной опасностью, а источником жизни. («Второй пол», 1949)
  7. Оказываешься на всю жизнь с кем-то в одной упряжке только потому, что в девятнадцать лет встретила именно его. Существуют ли родственные души где-нибудь, кроме литературы? («Прелестные картинки», 1966)
  8. У меня всегда вызывало раздражение, когда в ходе отвлеченной дискуссии кто-нибудь из мужчин говорил мне; «Вы так думаете, потому что вы женщина». Но я знала, единственное, что я могла сказать в свою защиту, это: «Я так думаю, потому что это правда», устраняя тем самым собственную субъективность. И речи не могло быть о том, чтобы ответить: «А вы думаете по-другому, потому что вы мужчина», ибо так уж заведено, что быть мужчиной не значит обладать особой спецификой. («Второй пол», 1949)
  9. Мужчины оценивают себе подобного в соответствии с тем, что он совершил, объективно, руководствуясь принятыми мерками. Но некоторые его свойства, в частности свойства, относящиеся непосредственно к жизни, могут интересовать только женщину; он может быть мужественным, обаятельным, удачливым, нежным, жестоким только по отношению к ней: и если он ценит в себе эти не столь очевидные качества, его потребность в женщине становится абсолютной; благодаря ей он познает чудо увидеть самого себя как Другого — Другого, который в то же время его самое глубокое «Я». («Второй пол», 1949)
  10. Если я хочу найти себе определение, я вынуждена прежде всего заявить: «Я — женщина». Эта истина представляет собой основание, на котором будет возведено любое другое утверждение. Мужчина никогда не начнет с того, чтобы рассматривать себя как существо определенного пола: само собой разумеется, что он мужчина. («Второй пол», 1949)
  11. Ни один мужчина не согласился бы стать Сукупність біологічних та фізіологічних ознак людини, що стосуються репродуктивної та сексуальної сфери. В гендерно-бінарній системі зводиться до чоловічої та жіночої. женщиной, но все они хотят, чтобы женщины были. («Второй пол», 1949)
  12. Но ещё до того, как она становится женщиной, она уже является человеческим существом, она уже знает, что принять долю женщины означает отказаться от своей индивидуальности и тем самым изуродовать себя. («Второй пол», 1949)
  13. Мать обладает таким влиянием на своих сыновей, что обществу выгодно прибрать ее к рукам: поэтому мать окружают всяческими знаками внимания, наделяют всевозможными добродетелями, создают вокруг нее религию, уклониться от которой нельзя под страхом святотатства и богохульства; из нее делают хранительницу морали; служа мужчине, служа властям, она тихо-спокойно поведет детей по проторенным дорожкам. («Второй пол», 1949)
  14. Мужчина определяется как человек, а женщина как представительница женского пола; и каждый раз, когда она ведет себя как человек, говорят, что она подражает мужчине.(«Второй пол», 1949)
  15. Нравы и мода часто способствовали тому, чтобы лишить женское тело способности к трансценденции: китаянка с перетянутыми ногами едва может ходить, накрашенные ногти голливудской звезды лишают ее рук, высокие каблуки, корсеты, фижмы, панье, кринолины были призваны не столько подчеркнуть линию женского тела, сколько сделать его еще более бессильным. Отягченное жиром или же, наоборот, полупрозрачное, неспособное ни на какие усилия, парализованное неудобной одеждой и правилами благопристойности, оно в самом деле представляется мужчине его собственностью. Косметика и украшения также способствуют окаменению тела и лица. Функция женского украшения очень сложна; у некоторых примитивных народов оно носит священный характер; но обычно его роль — в том, чтобы окончательно превратить женщину в идола. Идола неоднозначного: мужчина хочет, чтобы в нем ощущалась плоть, его красота должна быть сродни красоте цветов и плодов; но кроме того, он должен быть гладким, твердым, вечным, как камень. Роль украшения в том, чтобы одновременно еще теснее связать женщину с природой и вырвать ее оттуда, чтобы сообщить трепетной жизни застывшую необходимость искусственности. Примешивая к своему телу цветы, меха, драгоценные камни, раковины, перья, женщина превращает себя в растение, в пантеру, в бриллиант, в перламутр; она пользуется духами, чтобы благоухать, как роза или лилия; но перья, шелк, жемчуг и духи служат также и для того, чтобы скрыть животный дух ее собственного тела. Она красит губы и щеки, чтобы придать им прочную неподвижность маски; она заключает свой взгляд в оковы косметического карандаша и туши для ресниц, и он становится лишь переливающимся украшением ее глаз; заплетенные в косы, завитые и уложенные волосы теряют свою волнующую растительную тайну. Природа присутствует в убранной женщине, но это уже природа-пленница, человеческой волей приведенная в соответствие с человеческим желанием. («Второй пол», 1949)
  16. Поскольку покорена женщина была именно в качестве матери, то и любить и почитать ее будут прежде всего как мать. («Второй пол», 1949)
  17. Самое большее, на что они были готовы, это признать за другим полом право на «равенство в различии». Эта имеющая большой успех формула весьма показательна; она же употреблена по отношению к американским неграм в системе джимкроуизма; эта сегрегация, выдающая себя за равноправие, повлекла за собой самые крайние формы дискриминации. Такое совпадение далеко не случайно: идет ли речь о расе, касте, классе или поле, занимающем низшее положение, механизм оправдания один и тот же. «Вечная женственность» полностью соответствует «негритянской душе» и «еврейскому характеру». («Второй пол», 1949)
голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector